В общем, вполне очевидно, что Соединенные Штаты Америки (в смысле, США) обнаглела. Нынешний мировой кризис, следовательно – не только экономический, но и общественно-политический, идейный, глубокомысленный и прочее прочее – кризис самоидентификации в каждой точке всякой территории и каждой сферы. Где до кризиса не только носили удобные американские брюки и расплачивались удобной американской валютой, но и мыслили по-американски. А затем внезапно спохватились, словно, и задали себе обыкновенный вопрос: а это надежно, думать по-американски, живя в России, Китае, Сомали, Германии, Иране или Японии?

Сентябрьский визит в Россию внушительной делегации Евросоюза, и преимущественно завершительный вояж в санкт-петербург канцлера Меркель свидетельствуют, как минимум, о желании Европы победить США в формировании новой матрицы отношений Запада и России.

Сейчас, коль положение в отношениях Запада и России, Большого Запада и Одинокого Востока  «зависла» после всех вышесказанных претензий, недовыполняемых договоренностей и навороченной кучи глобального лицемерия, осталось разбираться в самых провоцирующих вопросах. Их достаточно много – и все неприятные.

Я считаю, что принятие такого решения в сложившейся ситуации было неизбежно, а его эффективность сегодня всем очевидна. Мы действительно 17 лет пытались склеить, по сути, распавшееся государство, всячески стимулировали процесс урегулирования. Наши миротворцы денно и нощно несли свою службу, помогали разъединять конфликтующие стороны. Мы в 90-е годы предотвратили очень крупное кровопролитие. Наверное, какие-то шансы урегулирования сохранялись до последнего времени, если бы не идиотская авантюра, которая была предпринята грузинским руководством. Она, по сути, поставила крест на совместной жизни абхазов, осетин и грузин.

Действительно, и Россия, и Соединённые Штаты в двух крупнейших трагических конфликтах человечества - в Первую и во Вторую мировые войны - были союзниками. Значит, есть нечто такое, объективное, что нас в трудные времена всегда объединяет. Я думаю, что это и геополитический расклад, и геополитические интересы. Но есть, видимо, и какая-то моральная составляющая нашего сотрудничества в самые трудные времена, которые возникают в жизни наших стран.